Тренды развития современных городов/2016

Хронометраж: 40 минут / Время: сентябрь 2016 года / Организатор: ИТП Град/Мастерплан ОмскаАудитория: интересующиеся урбанистикойСлайд1

Лекция о глобальных концепциях, на которые ориентируются города мира в своих планах и стратегиях, а также об отдельных трендах, практиках, через призму которых можно посмотреть на Омск в целом и отдельные его территории и городские системы в частности.

Подходы и концепции, о которых будет идти речь, лежат в плоскости урбанистики – теории и практики управления развитием территорий, которая с одной стороны включает в обязательном порядке три аспекта – форма и архитектура городского пространства, инженерную и экономическую инфраструктуры, в том числе девелопмент, вопросы участия жителей в планировании и учета общественных интересов. С другой стороны урбанистика работает на грани настоящего и будущего, формулируя законодательные регламенты, правила, ограничения. От общепринятого на территории Советского союза и России градостроительства, ориентированного на количественный рост и расширение территорий, отсутствие собственника, гипермасштабы и технократичность (город для автомобиля, толпы и армии); порождённая конфликтным капиталистическим и староевропейским обществом, историческими кварталами Нью-Йорка и Чикаго, урбанистика озабочена реконструкцией сложившихся территорий, взаимодействием жителей, девелоперов и власти, глобальным и локальным, экономически эффективным не только на этапе строительства, но и эксплуатации жилых кварталов, например. Вероятно поэтому технократический, архитектурный генеральный план хочется сбросить с корабля, а воспользоваться другим термином – стратегическим, концептуальным, выражающим общественный договор о будущем города мастерплане. Хотя, как показывают российские примеры этот термин – не панацея, но хотя бы обозначение новой практики.

Слайд2

Второе уведомление связано с моей позицией относительно Омска и его развития. Как и большинство российских городов, Омск переживает постконфликтную или даже посткатастрофическую стадию. 1990е годы это падение экономической базы, смена экономической и общественной формации, перестройка отношений между жителем, городским пространством, застройщиком и муниципалитетом. Городская среда это портрет общества, инструмент взаимодействия и сегрегации – разделения общественных групп. Городская структура, занятость или пустынность территорий говорит нам о жителях больше, чем они сами могут сообщить. Конфликт, не имевший открытой стадии по разному протекает – он может вызывать депрессию, революцию, инновацию, смерть одной из сторон конфликта. В качестве затравки посмотрим с чем ассоциируется Омск у жителей города. Материалы интервью лаборатории “Город своими руками” 2015 года: Степной/пыльный; Город-сад/Город-пень /// Исторический/без достопримечательностей ///Который надо чувствовать ///Студентов/пенсионеров/командировочных///Промышленный город. Добавим несколько других характеристик и представим на что нужно обратить внимание, чтобы снять эти проблемы. Собственно тренды, о которых я буду говорить во второй части лекции – связаны с ними.
Слайд3
Слайд4Слайд5

http://xrds.acm.org/article.cfm?aid=2071895 smart city/vienna masterplan Итак, начнём с “умного”. Под “умным городом” еще лет пять назад понималась технологическая начинка по управлению городской инфраструктурой, компьютеризацией процессов и контролю транспорта. Следующим этапом стала роль технологий в реакции на катастрофы и нештатные ситуации – популярный пример – ситуационный центр в Рио де жанейро. К умному транспорту и умной мчс прибавили сбор и учёт всевозможных данных, пошла тема big data/больших данных, которые используются в управлении городом – от сенсоров и глонасса, спутниковой и людской слежки за деревьями до реакции социальных сетей на новости, анализ поостранственной твиттер-активности и движения сотовых телефонов. Высшей точкой умного города были роботы-машины, теперь – реакция управления на живых горожан. У Омска в этой сфере, мне кажется, есть потенциал: умеют программировать, делать приложения, датчики и приборы, передавать на расстояние. Понемногу вводится работа с транспортной системой. Если постараться, эта сфера может стать локомотивом и городской экономики, общества и городского планирования, главное договориться.

Слайд6

Green city: vancouver+malmo https://www.leekuanyewworldcityprize.com.sg/features_eco-cities.htm Идеология эко-города или зеленого, устойчивого города зародилась в 1970е годы, после 1990х и с принятием принципов об ограничении выброса диоксида углерода в атмосферу она стала влиять на планирование и развитие городов. На поверхности лежат увеличение количества и качества зеленых насаждений, использование возобновляемой энергии воды, ветра и солнца, снижение выхлопов транспорта и выбросов загрязнений, строительство замкнутых инженерных и энергетических циклов, с минимумом отходов, переработка и так далее. Зеленая и водная инфраструктура оцениваются с точки зрения экономического вклада в развитие города, используются специальные методы расчета – парки и реки повышают стоимость недвижимости и снижают стресс у жителей. С другой стороны учитываются традиционные функции по контролю климата в городе. Учитывая загрязненность и пыльность города, его индустриальное прошлое и настоящее, зелёные приоритеты могут иметь смысл как для горожан, так и для конкуренции между городами.

Слайд7

Transit-oriented development  http://www.sustainablecitiesinstitute.org/topics/land-use-and-planning/transit-oriented-development-(tod) То, что я неудачно назвал мобильным городом. Подход к планированию, учитывающий сложившиеся и потенциальные транспортные коридоры. В Копенгагене, например, на нём основана часть мастерплана – скоростной и магистральный общественный транспорт определяют расположение новых узлов активности, вокруг которых в пешеходной доступности развиваются общественные центры, жилые и деловые районы, торговые зоны и так далее. В условиях распластанного и барьерного Омска эта тенденция прослеживается в виде застройки по Красному пути. В противовес этому тренду развивается улица Завертяева, Московка, куда осознанного доступа общественного транспорта практически нет, если не учитывать потенциал окружной железной дороги, и поэтому стимулируется автомобилизация.

Слайд8

Compact city  http://www.oecd.org/greengrowth/greening-cities-regions/compact-city.htm Концепция компактного города связана с трендом устойчивости, главная характеристика – эффективное использование территории. Для жилых кварталов это означает плотную застройку, среднеэтажную, со смешанной функцией – бизнес, рабочие места, проживание стремятся сблизиться. Активные общественные пространства концентрируют городскую жизнь. Снижается миграция между центром и окраинами, останавливается расползание города, его количественный рост, многие стратегии связаны с реконструкцией территорий, ранее занятых промышленностью или транспортными функциями. Важным аспектом является повышение проницаемости и связности территории города для пешеходного и транспортного транзита.

Слайд9Слайд10

Переходя к Омску, нужно понимать, что с одной стороны это довольно крупный построенный город, с другой он, как и другие города Сибири, расчленён различными барьерами, и может быть даже полицентрический – в отдельных районах формируются самостоятельные центры притяжения, функционал которых позволяет годами не выезжать из Нефтяников, Московки или Чкаловска: кино и торговля есть, школы с университетами тоже неподалёку, городской центр, чтобы там себе ни воображали, в принципе не нужен. Полицентрическое развитие позволяет снизить нагрузку на транспорт, распределяя офисные и прочие места трудовой славы вблизи этих подцентров, то же касается качественных культурных институций – театров, музеев, библиотек или культурных центров, парков и спортивных комплексов, общественных пространств. Повышается качество отдельного района, из стереотипной спальни он становится частью города. Мастерплан Вены предполагает превращение бывших промышленных территорий, которые оказались в центре заселённых районов, или, напротив, резервом и центром больших пустырей появление точек роста – активных общественных, культурных пространств, позволяющих трансформировать некогда индустриальный городок. Другим модным словом стала децентрализация. Услуги, бизнесы, культура постепенно покидает центр и переходит на различные окраины поближе к дому и локальному сообществу. В рамках полицентричности возникает и другое движение: направление на связность территорий, преодоление расчлененности, а в масштабе отдельного района – пешеходная доступность. Среди барьеров, которые разделяют омск на отдельные части, можно назвать реки, железную дорогу, промышленный пояс – их преодоление связано с затратами на мосты и тоннели, или с новым межеванием территории промплощадок.

Слайд11Слайд12Слайд13

Давайте обратим на них внимание. Постиндустриальные площадки – бывшие цеха, фабрики и заводы это серьёзный ресурс для изменения структуры городских районов, прокладки новых транспортных связей, соединения между собой районов. Как приблизить Амур к центру, или городок водников к набережной? Это резерв для новых функций, стартапов с дешевой арендой и большими пространствами. Иногда – для новых общественных пространств и даже развлекательных парков с промышленной тематикой. Они образуются как в результате рыночной конкуренции – производство экономически и стратегически становится нецелесообразным, или при переходе на новые технологии сокращается площадь, либо содержание больших производственных площадок в центре города становится невыгодным по экологическим, логистическим и экономическим причинам. Есть несколько подходов к загрузке таких площадок: сохранение индустриального наследия и изменение функций, на слуху такое понятие как креативный кластер, но уже в Москве есть и офисные, и жилые комплексы. В Дублине бывшая пивоварня стала хабом информационных технологий (http://www.inspiringcities.org/glass-fibre-as-urban-regenerator/), а в Руре из заброшенной шахты сделали ландшафтный парк, то же произошло в Турине (http://www.landezine.com/index.php/2014/04/parco-dora-latz-partner-landscape_architecture/). Важна интеграция таких проектов в окружающие районы, обеспечение проницаемости, многофункциональности, смешанного использования зданий и пространств. Культурный центр “Текстиль” в Ярославле работает с жителями и дворами вокруг. По пути разделения и многофункциональности пошел проект Рив гош в Париже, важно, что город для этих целей создал управляющую компанию.

Слайд14Слайд15Слайд16Слайд17Слайд18

Другим крупным парижским проектом, кроме полицентрического развития (в прошлом году объявлена масштабная программа-консультация по проектированию множества площадок, а ранее работали с общественными пространствами, в том числе историческими), много лет пытаются вернуть набережную городу. Один из прошлых мэров города – Делоне как-то установил на Сене баржи с песком и перекрыл движение по пролегающей у реки улице. Акция повторилась через год. В Гамбурге был вынесен морской порт, на его месте возникла проницаемая квартальная застройка. В Мюнхене изменили берег реки Исар, которая в 20 веке была судоходным каналом, сейчас искусственно одичала и стала местом отдыха для жилого района. Реки возвращаются в свои русла в азиатских и европейских городах. А в Копенгагене или Хельсинки популярны общественные купальни, которые устраивают в акватории. Водное пространство становится отдельным объектом для стратегий в Глазго и Лондоне: использование для нужд общественного транспорта, временного проживания в домах на воде, противопаводковые мероприятия формируют новый облик рек и водоёмов. Они стали предметом конкурсов в Москве, Казани в последние годы, а малые города Татарстана в этом сезоне получили обновленные набережные в рамках Года водоохранных зон.

Слайд19Слайд20Слайд21Слайд22Слайд23

Жилые кварталы и наследие mixed-use разные типологии подходы к реабилитации малоэтажной деревянной застройки. Если посмотреть на Омск, то всю жилую застройку можно разделить на три группы – кварталы малоэтажной деревянных или каменных домов, которые занимают огромную площадь так называемого частного сектора, и нужно понимать что это с одной стороны пригородная застройка, с другой – городские особняки, которые были и есть в центре города. Вторая группа – дореволюционная и сталинская застройка от 2 до 5 этажей, которая тоже сохраняет квартальную структуру. Третья – микрорайоны, которые появились после 1960х годов. Всё это жильё находится в разном состоянии и некоторые районы требуют реконструкции. Ошибочно полагать, что переселение жителей аварийных домов по программам доступного жилья из центра, где они имели доступ ко всем благам города на окраину, где как бы этих благ просто нет будет иметь позитивный эффект. В мире практикуется работа с трущобами – фавелами, например, и ведется их волновая реконструкция – за жителями закрепляется земля и кредит, на который строится минимальный набор помещений. По мере возможности, как в программе бюро Элементал, они достраивают свой дом. Таким образом не рушатся социальные связи. Для многоэтажной застройки всё намного легче – там возможна реконструкция.

Слайд24Слайд25Слайд26

В качестве примера современного района с квартальной структурой приведу Рив Гош – парижский левый берег, где на месте промтерритории был выстроен многофункциональный район, включающий места приложения труда, жильё, образовательные институции и новую городскую библиотеку. Как видно, подходов к собственно квартальной застройки в этом проекте великое множество. Помимо избегания монотонности района, здесь обеспечена смесь функций, разнообразие городских пространств, решены проблемы доступности реки и района относительно железной дороги.

Слайд27Слайд28

  1. http://www.archdaily.com/774617/le-serpentin-refurbishment-agence-rva http://www.sfa.de/projects/haus-07-en к сожалению стоит отметить, что микрорайоны как таковые уже не строят. В городах Европы они остались либо в постсоциалистических странах, в том числе Восточной Германии, либо на периферии мегаполисов как в Париже и Лондоне. И они подвергаются иногда радикальной – с тотальным сносом, иногда мягкой реконструкции. Германия в 2000е провела международную строительную выставку, в рамках которой тестировала методы трансформации микрорайонов. Париж озадачился этой проблемой в последние годы. Повышение качества среды, эксплуатационных качеств, обеспечение многофункциональности первых этажей – основные приоритеты таких программ.

Слайд29Слайд30

  1. Наследие модернизма и новая идентичность районов – культурные центры, реставрация, ремонт.

Микрорайоны стали не единственным наследием советского союза, если они до сих пор приносят проблемы, хотя и являются решением части социальных проблем, то инфраструктура культуры и образования, спорта, отдыха и административных зданий, воплощенная в постройках и сооружениях может стать одним из элементов идентичности современного города. Как правило это крупные комплексы или здания, формирующие центральные пространства районов и городков, каркас общественных пространств и социальной инфраструктуры – дома культуры, университетские комплексы, разнообразные дворцы, кинотеатры, построенные в 1930е и 1960е-80е годы, которые относятся к стилю модернизма (конструктивизм, поздний модернизм, брутализм). Если сталинский ампир принят в качестве ценного наследия, то модернизм еще не вышел из употребления и воспринимается как современный, поэтому всегда находится под угрозой перестройки, изменения как малоценные постройки. Модернистские постройки 1930-х годов уже десятилетия во всем мире подвергаются научной реставрации и тактичному приспособлению к новым функциям, в том числе культурным, образовательным. В практике архитектурного ателье РИМ был опыт анализа ДК завода им.Козицкого для функций учебно-культурного комплекса. Другим интересным примером является реставрация административного здания позднего модернизма в северном Брабанте (http://archspeech.com/object/rekonstrukciya-regional-noy-administracii-v-severnom-brabante) – тактичное обновление конторских помещений может быть образцом для районных администраций, офисных и учебных корпусов, вернет им значение в структуре центров районов и города.
Слайд31Слайд32Слайд33

Мы довольно много говорили о “харде” – жесткой городской инфраструктуре, в то же время у городов есть еще потенциал развития “софта” – мягкой инфраструктуры – социальных процессов, событий, которые поддаются программированию. Одним из потенциалов Омска является многолетняя выставка зеленого строительства “Флора”, которая проводится более полувека и является одним из драйверов волновой реконструкции общественных пространств в районах города. Анализ подобных выставок и цветочных фестивалей с длительной историей показывает, что омское мероприятие может быть конкурентоспособным в национальном и международном масштабе при соответствующей подаче. В качестве прототипа можно упомянуть цветочные выставки в Китае, которые стали поводом для создания новых выставочных и парковых комплексов. Другой аспект – соединение аграрной и городской тематик, экологии, гастрономии и ландшафта как в рамках подхода к проектированию, так и в функциональном программировании территории. Примеры – концепция мастерплана для экспо в Милане и реконструкция бывших ферм в Мемфисе могут быть ориентиром для работы с такими пространствами как территория аграрного университета или бывшие опытные, тепличные хозяйства, сан.зоны.

Слайд34Слайд35

Comments are closed.