Кензо Танге. Воспоминания о современности. (Красивая жизнь, 2005)

art_pict_big_32_resizedto_516X383

(1913-2005)
Страна Восходящего Солнца в течение многих сотен лет изолированная от всего мира, в 20-м веке открывает границы и показывает другим свои сокровища. В конце 19 века в Европе возник интерес к всему Восточному: в начале века это был Египет, который посетил Наполеон, а в конце – Ван Гог вдумчиво рисовал эскизы на японские темы.
Во времена модерна сохранялась некоторая самобытность каждой из европейских стран; к середине века двадцатого в разгар “Современного движения” различия между нациями в сфере архитектуры почти исчезли. Япония, открывшись всему миру, сохраняет культурную автономность и по сей день. В сокровищнице страны восходящего солнца хранится множество ценных вещей – старинные обычаи, подобные Чайной церемонии, и произведения современной литературы, как Харуки Мураками или Кобо Абэ. Архитектурные проекты Кензо Танге занимают в этом ряду достойное место.

Япония и сейчас – неразгаданный ребус. Она непонятна, а потому западный человек относится к ней двойственно – интересуясь и опасаясь, одновременно.
В 1945 году США сбросили на Хиросиму атомную бомбу мощностью 15 килотонн, в результате чего погибло 118000 человек. В 1949 начинается создание Парка Мира, по проекту, получившему первую премию на конкурсе. Автором Парка стал Кензо Танге.
Кензо Танге родился в 1913 году в Шикоку. Архитектурное образование получил в Токийском университете, на который впоследствии и устроился ассистентом профессора. После выпуска он работает в ателье Кунио Маекава, японского современника Ле Корбюзье.
Комплекс мемориальных сооружений в Хиросиме создается в 1949-1956 годах.
В мастерской Кензо Танге образца 1946 года работали такие ныне известные архитекторы как Арата Исодзаки, Фумихико Маки, Кишо Куракава. В 1951 году Танге вступает в профессиональное общение на международном уровне – он знакомится с Ле Корбюзье, Гропиусом, Хосе Луи Сертом. Он восхищен Корбю и Микеланджело… В это же время Танге строит собственный небольшой дом в Токио. Позднее, вырабатывая собственный язык, он увлечен японской традицией, что выразилось в здании префектуры Кагава (1958), и публикует серию статей на эту тему.
В его зданиях сохраняются характерные для национальной архитектуры соразмерность человеку, знаковость и простота используемых форм, внимание к применяемым материалам и фактурам. С другой стороны, Танге обращается к “современному движению”, включая в свой язык методы и средства функционализма – новые конструкции, сочетание стекла, бетона и металла, некоторые принципы планировки зданий и территорий.
В ряду произведений, демонстрирующих складывающийся язык мастера, есть телекоммуникационный центр в Кофу (1961-1965), Национальный гимнастический центр для Олимпийских игр (1961-64), План для Токио (1960).
Список его работ включает множество разнотипных зданий – жилых, административных, культовых, торговых, учебных, охватывая все уровни профессии – от интерьера до градостроительства, в сферу которого он погружается после 1960-х годов.
Во всех его проектах прослеживается общая тема, которую Танге не раз озвучивал: “В архитектуре должно быть что-то, обращенное к человеческому сердцу, но даже тогда основные формы, пространства и их границы, должны быть логически обоснованными. Творческая работа выражается в наше время как союз технологии и гуманности. Традиция исполняет роль катализатора в химической реакции – она ускоряет процесс, но не ощутима в конечном результате. Традиция может, конечно, участвовать в созидании, но она более не созидательна сама по себе.”
Телекоммуникационный центр в префектуре Яманаши (Кофу) представляет собой сложный объем, состоящий из одинаковых элементов – вертикально поставленных цилиндров и горизонтальных платформ-этажей. В концепции здания заложена видимая его незавершенность – возможность развития.
Вертикальные и горизонтальные детали имеют довольно большие размеры, однако при этом Мастеру удается сохранить человеческий масштаб, путем использования более мелких членений, балконных ограждений, дверных и оконных проемов.
Считается, что этот Центр – один из первых объектов, представляющих Метаболизм как направление. Среди архитекторов метаболизма сейчас наиболее известен Кишо Курокава – непосредственный ученик Танге. Теория этого течения предполагает развитие здания из нескольких типов элементов с дальнейшей достройкой по мере необходимости. Таким образом, получается своеобразный “живой” дом. А телекоммуникационный центр в Кофу – это каменный цветок в роще предгорья.
Об этом Танге говорит на вручении ему Прицкеровской премии в 1987 году:
“В архитектуре нет больше спроса на сооружения-коробки, но востребованы здания, которым есть что сказать человеческим эмоциям. Новые потребности влияют на проектирование всего – от маленького окна, до улицы…
Технические исследования очень важны для архитектуры и городов в информационном обществе. Развитие так называемых “умных” зданий – в порядке вещей и современная культура потребует чтобы “умными” стали целые кварталы и города, таким же образом как и отдельные дома.”
Комплекс гимнастических залов для Олимпийских игр, проходивших в Токио в 1964 году, вошел во все учебники и альбомы по архитектуре двадцатого века. Его описывают как одно из самых красивых сооружений своего времени.
Комплекс состоит из двух залов – Большого и Малого, система рамп, пандусов, мостов обеспечивает его связь с окружающей застройкой. Формы, которыми пользуется Танге, самодостаточны, но уложены в четкую структуру плана территории.
Современные конструкции и образы сооружения долгое время оставались главным архитектурным символом Японии и обеспечили международную известность их автору.
Складчатая кровля зала не декоративна, она является единственной границей между небом и внутренним пространством здания.
Подобно танцующим в полете веерам из тончайшей бумаги, форма залов врезается в воздух над комплексом.
“В 1970е годы, из-за энергетического кризиса, наши ценности – по крайней мере в Японии – сдвинулись от материальных вещей к не-физическим и даже духовным воззрениям. Этот сдвиг произошел не только в архитектуре, но и в повседневной жизни, когда люди начинают предпочитать идеальное материальному. ”
Проект развития столицы Японии на акваторию Токийского залива был выполнен мастерской Танге в 1960 году. Токийский залив пересекался ажурной лентой различных видов дорог – автомобильных, железных, объединявшую в единую систему жилые комплексы, культурные центры и береговую зону с другими элементами крупнейшего города. В качестве составляющих используются “узлы” и “детали” из узкого набора – жилое здание, общественное здание, магитраль. Масштабность задуманного Танге проекта характерна для своего времени – в эти годы создаются Чандигарх (столица одного из штатов Индии) в мастерской Корбюзье и Бразилиа (новый центр Бразилии) – в результате сотрудничества Коста и Нимейера. Решение проблемы крупнейших городов выходят на первый план и определяет комфорт и красоту жизни в той же мере, что и отдельный торговый комплекс или интерьер собственного дома. Кензо Танге находится в ряду мастеров архитектуры модернизма, сочетавших в своих работах деталь, воспринимаемую человеком и масштабность пространства, соответствующего современному обществу. Элегантое проектное решение сопутствовало крупной теоретической работе на тему коммуникации в крупнейшем городе.
Среди последних крупных объектов его бюро – Президентская башня (2001, Тайпей, Тайвань), Dome-отель (2000, Токио, Япония), Новая городская ратуша Токио (1991, Япония).
В процессе проектирования Танге приходит к формам, взывающим к нашим сердцам, потому что они кажутся взятыми из какого-то древнего смутно вспоминаемого прошлого и очень современными при этом.
“Я уверен, что развитие нового архитектурного стиля станет результатом дальнейшей работы над тремя элементами, которые я уже не раз упоминал – человеческие, эмоциональные и чувственные элементы; технически “умные” детали; и социально-коммуникационная структура пространства”

Comments are closed.