Лондон/Город Детства

Текст: Фрейдин Ефим, Красивая жизнь, 2007

Благодарим за помощь Наталью Боровикову и ***

Перед тем, как отправиться на поиски капитана Гранта, лорд Гленарван поехал в Лондон, где было Адмиралтейское общество. В Сити ежедневно приезжал глава семьи Бенкс, в которой служила няней Мэри Поппинс. Здесь в командировке оказался и папа Малыша (Карлсон поставил диагноз «плюшечная лихорадка» брату и сестре мальчика, которые заболели в отсутствие родителей). С Лондоном связаны такие образы как рыцари и Король Артур, принцы и мальчики-бродяжки вроде Оливера Твиста. Однако приехавшие в Англию россияне утверждают, что в реальности город совсем другой.

Этот город вдохновлял разных писателей на создание сказок для детей и взрослых. Многие герои и авторы жили здесь, гуляли по традиционным английским паркам и улицам. Изначально крупный промышленный город, Лондон был выражением цветового контраста: здесь могла быть яркая колористика (Тауэрский мост – отличный пример), либо монохромная (белые, серые, темные здания). Сейчас индустрия уходит из этого мегаполиса. Ее место занимают комфортабельные жилые кварталы и необычайно интересные общественные здания. Впрочем, вернемся к детской теме и отправимся в путь. Начнем с бестселлера среди сказок нашего времени – Гарри Поттера. Джоан Роллинг задумала книгу в поезде из Манчестера в Лондон, прибыла на станцию неподалеку от Баттерси (в этом районе она снимала квартиру), зашла в комнату, может быть даже закрыла дверь и начала писать. Однако в книге Гарри отправляется в Хогвардс с платформы номер девять и три четверти вокзала Кинг’с Кросс, построенного в середине девятнадцатого века по проекту Льюиса Кубитта (он специализировался на железнодорожных сооружениях). С этих платформ иногда начинался путь и Шерлока Холмса (например, в деле о пропавшем регбисте). Ох уж эти вокзалы, эта география… Лондон? Лондон – столица Парижа, а Париж – столица Рима. Тоже из одной как бы детской книги серьезного математика. Однако, опять к Кингс Кроссу. Он расположен в Лондоне, а Лондон – такой город, что в нем нельзя долго прожить, и не пойти в Зоопарк. Бывают люди, которые начинают осматривать зоопарк с самого начала, а потом быстро-быстро, так быстро, как только могут, пробегают все клетки, пока не подойдут к последней, которая называется «Выход налево». Но настоящие посетители сразу идут к своим любимым животным и подолгу возле них остаются. И вот когда Кристофер Робин идет в Зоопарк, он сразу подходит к тому месту, где живут Белые медведи и что-то шепчет сторожу, и тогда двери открываются, и мы пробираемся сквозь темные проходы и поднимаемся по крутым лестницам, пока наконец не попадем к особой клетке. И клетка открывается , и оттуда спешит кто-то коричневый и меховой, и с радостным криком «О, Медведь!» Кристофер Робин бросается ему в объятья. Теперь этого медведя зовут Winnie, что само по себе показывает насколько хорошо такое имя подходит медведю. Winnie это ласкательное имя от Виннипег, так звали медвежонка, подаренного London Zoo канадским офицером. Этот зоопарк – один из старейших в мире, расположен в северной части Риджент-парка. Основанный в середине 19-го века, он застраивался павильонами для животных по проектам серьезных английских архитекторов – в частности среди авторов вольера для летающих птиц – Седрик Прайс (о котором его ученик, Уилл Олсоп говорит что он до конца не понят), а дома для горилл и бассейна для пингвинов – мастер авангарда Бертольд Любеткин (архитектор русского происхождения из группы MARS, которая продвигали идеи современной архитектуры в консервативном английском обществе). Рампы бассейна, по которым скользят пингвины, разработал тогда еще молодой конструктор Ове Аруп. Эта постройка, светлая и легкая, выявляющая достоинства железобетона, стала одним из ярких примеров модернистской архитектуры в Британии.

На южной стороне парка берет свое начало Бейкер–стрит. Дом 221b, где миссис Хадсон сдавала комнаты Холмсу и Уотсону, находится в квартале от парка. Несколько этажей, подробно описанных в серии книг о сыщике, воспроизводят все детали интерьера конца 19-го века: и скрипящая ступенька, и камин с забытой скрипкой рядом, и выбитая пулевыми отверстиями каллиграфическая «W» на стене оклеенной красными обоями с тиснением цветочного орнамента. Далее – вниз по Бейкер-стрит, направо по Оксфорд-стрит, минуя Гайд парк… Увидеть в саду мальчика и человека, который говорит: «Ты хочешь знать историю Питера Пена с самого начала? Что ж, я расскажу ее. Но не думаешь ли ты, что сможешь разобраться в его жизни, не зная что такое Кенсингтонский сад? О, это удивительное место! Оно в Лондоне, где живет Король. Расположен Кенсингтонский сад на берегу бесконечного потока омнибусов, над которым твоя няня имеет такую власть, что стоит ей поднять руки – и омнибусная река замирает». Питер Пэн жил в Саду на острове, где рождаются птицы, что отделен от суши прудом и рекой. Человека, поведавшего историю звали Джеймс Барри. Сад был создан в 1691 году. Над ним работали ландшафтный архитектор Генри Вайз и королевский садовник Чарльз Бриджман. Его композиция сочетает в себе приемы английского пейзажного парка и французского регулярного. Здесь в середине 19-го века для Всемирной выставки был построен Хрустальный дворец, во многом оказавший влияние на архитектуру следующих поколений, а на западной границе парка начинается квартал посольств, среди которых и российское. Здесь и самая дорогая вилла в мире. Минуя следующую часть «зеленых легких Лондона» – Сент-Джеймсский парк, где собираются полчища туристов, ожидающих появления Ее Величества Королевы Англии у Букингемского дворца, здесь расположенного, войдем в улочку Пэл Мэл. Здесь начинается история, написанная Жюлем Верном.

Пэл Мэл известна джентельменскими клубами, членами которых были известные люди, депутаты Парламента, писатели и поэты. История об одном из них: ровно в полночь он возвращался домой, никогда не оставаясь ночевать в прекрасных комфортабельных комнатах, которые Реформ-клуб предоставляет для этой цели своим членам. Из двадцати четырех часов десять он проводил дома – либо за туалетом, либо в постели. Если Филеас Фогг прогуливался, то неизменно мерил своими ровными шагами приемный зал клуба, выстланный мозаичным паркетом, или расхаживал по круглой галерее, увенчанной куполом из голубого стекла, покоившимся на двадцати ионических колоннах красного порфира. В этих интерьерах бывал и другой писатель-фантаст – Герберт Уэллс, автор «Машины времени», состоявший в Реформ-клубе, который находится в доме 104 на Пэл Мэл. Как и соседний клуб путешественников, он построен по проекту Чарльза Барри в неоклассической манере, характерной для консервативного Лондона. Здание воспроизводит тип итальянского палаццо. Чарльз Барри является автором и здания Парламента в неоготическом стиле, тоже популярном в Англии 19-го века. Парламент был перестроен из Вестминстерского дворца. Этой постройке посвящена серия работ Клода Моне, которую можно увидеть в Национальной галерее. Напротив Парламента, на другом берегу Темзы расположен London Eye. Колесо обозрения – обычный атрибут парков развлечений. Видимо детский дух Лондона превращает его в сказку под открытым небом, подобно тому как в Италии инсценируют знаменитые оперы на улицах настоящих городов. С одной стороны из кабинки «Глаза» видна цепь парков, по которым мы прогулялись, с другой – виляющая Темза, на берегах которой уже около двух тысячелетий селятся люди. Вдалеке расположен Купол Тысячелетия. Это за бывшим портовым районом и Собачьим островом – тоже декорациями сказок, только про пиратов и моря. Это на Гринвиче – месте, от которого отсчитывают меридианы. Между Вестминстером и Гринвичем расположен Тауэрский мост. Яркий, цветной, роскошный в какой-то степени, от него открывался когда-то вид на порт, из которого Д’Артаньян отплывал в Дувр после того как получил алмазные подвески от герцога Бэкингемского. На другой стороне Темзы в нынешнем веке появились теперь уже привычные здания – Swiss Re и Новая Мэрия. Постройки Фостера, Роджерса и других мэтров английской архитектуры вскоре могут стать фоном для других – фантастических и футуристических сюжетов детских сказок. Завершим маршрут в нулевой точке. На Гринвиче, где расположена обсерватория. Здесь до конца 1980-х были промышленные территории, ныне свернутые. Позже сюда провели линии метро и дороги. А чтобы отметить новое тысячелетие, англичане построили здесь Millenium Dome (архитектор сэр Ричард Роджерс) – купол тысячелетия, под которым несколько лучших архитекторов (в их числе были Найджел Коутс, Заха Хадид) страны создали 14 арт-пространств, посвященных человеческой жизни (тело, разум, работа и отдых, обучение и игра, разговор, деньги и другие). Экспозиция работала в течение года. Ее сопровождала музыка Питера Гэбриэла. Но сказка закончилась и сейчас куполу придумывают новое предназначение. Это одно из немногих сооружений мира, видимых из космоса, имеет в диаметре 365 метров (по числу дней в году), поддерживается двенадцатью стойками стометровой высоты каждая, которые означают месяцы и часы на циферблате, что подчеркивает ценность определения времени по Гринвичу. Площадь покрытия является рекордной для подобных объектов. Возможно Купол станет одним из объектов для Олимпиады 2012 года, может быть концертной площадкой или выставочным пространством. Это практически не важно. Главное то, что эта новая архитектура в достаточно консервативном английском городе может стать темой для совершенно иной жизни – детской или взрослой, реальной или сказочной.

Comments are closed.