Капительные итоги/2007

071204181147PICT3379-w

Анализ фестиваля, произведенный источником, близким к участникам, победителям и организаторам

Подготовка и открытие

Подготовка к минувшей «Золотой капители» началась весной. Тонкой струйкой сообщения о намечающемся конкурсе просачивалась летом, осенью обдало информационным валом. В результате длительной подготовительной фазы появился не совсем внятный регламент смотра-конкурса, планы проведения Градостроительного форума и трехдневная плотная программа собственно фестиваля. Введение интернет-голосования вынудило некоторых членов жюри провести в виртуальном пространстве выставки довольно долгое время. Не все архитекторы адекватно воспринимают такое представление работ, а развитие сети Интернет в нашей стране все еще оставляет желать лучшего. Новая площадка для проведения фестиваля – Новосибирский художественный музей – оказалась не совсем приспособленной для мероприятия. Эти залы давно не выдерживают выставок современной графики или (не дай боже) современного искусства с его видеоартом и новыми медиа. Представление архитектуры в виде развешанных на стенах планшетах – также, увы, не современно.

Тем не менее, в назначенный день и почти в назначенное время началась церемония открытия фестиваля. Градостроители, архитекторы, дизайнеры и художники постепенно наполняли тесное пространство. Оргкомитет сообщал о проделанной работе, оглашал статистику и вызывал разные свои части к микрофону. Часть заявленной в первый день программы оказалась невинной шуткой организаторов, другая – слабо подготовленной импровизацией партнеров. Легкое общение и непринужденные беседы продолжались несколько часов… чуть запутанные отсутствием системы навигации и наличием среди работ российских архитекторов фотографий лондонских объектов лорда Фостера, гости ходили по экспозиции, оживленно что-то обсуждая. Фоном служили фильмы творческой группы «Архитектон».

Градофорум

На следующий день начался Открытый градостроительный форум. Изначально задумывавшийся как диалог всех участников градостроительного процесса, как акция, в которой сошлись бы в конкуренции разные школы урбанистики, форум оказался очень похожим на съезд какой-то партии. Были официальные приветствия руководства организаторов и властей, потом начались доклады.

Юрий Воронов, соблюдая профессиональную этику члена группы, разрабатывающей генеральный план Новосибирска, предложил вариативную модель градостроительной документации. Когда проект предлагает некое изменение состояния города (например строительство энного количества мостов через Обь) и ряд сценариев достижения цели, из которого выбирается один приоритетный в соответствии с изменяющимися потребностями города. Его сменил чиновник, возглавляющий разработку генплана Новосибирска – главный архитектор города Валерий Арбатский. Он говорил о том, что условия изменились, трансформировалось практически все: демография, экономическая градообразующая база, структура обслуживания, мобильность населения, уровень автомобилизации, правовая база земельных отношений, нормативный аппарат. Пришли частные инвестиции. Однако есть и стабильные элементы, ставшие основой для проектирования: география, сложившаяся система расселения, опорный план.. Далее речь шла о концепции генплана Новосибирска1, о прогнозировании, о том, что сейчас ведется разработка документации, которая покажет пути выхода на достижимые результаты. Регламент заседания не предполагал дискуссий и концепция генплана не обсуждалась должным образом.

Екатерина Протасова, начальник мастерской института «Иркутскгражданпроект», доложила о трудной и незаконченной разработке генплана Иркутска – города с расчлененной структурой, сложными географическими условиями и уникальным ландшафтом. Завершена стадия концепции, выбран вариант с сохранением численности населения на существующем уровне. Связь Иркутска с Усольем-Сибирским и Шелеховым рассматривается как агломерационная. Приведен эскиз «туристической» оси, ориентированной в сторону Байкала, на которую «нанизаны» поселения. Особое внимание было уделено и печально известному аэропорту. Представляется, что в Иркутске есть возможность выполнить качественный проект, тем более, что ежегодно в городе проводится Зимний градостроительный университет, собирающий зарубежных и российских специалистов.

Спорную и на первый взгляд абсурдную концепцию генплана Канска представила Татьяна Петровна Лесиенко из Красноярскгражданпроекта. У этого «убывающего» города минимальные ресурсы развития, но в концепции предложены серьезные шаги по выносу промышленности, защите от подтопления, реабилитации социальной структуры, регенерации жилых кварталов с возведением новых микрорайонов. Механизмов реализации такого документа сейчас нет, появятся ли они – зависит от смекалки градостроителей (это вариант первый) и властей (вариант второй). Найдут ли они финансовый, культурный или социальный ресурсы для развития – основной вопрос этой концепции. Собственно, генплан должен дать ответ.

Петр Анисифоров, председатель Алтайской организации Союза архитекторов России, участвующий в разработке генплана Барнаула, которую ведет бывший Ленгипрогор, был краток и эмоционален. Одна из проблем, с которой столкнулись проектировщики – невозможность определения градообразующей базы, получения точных данных о работающих в городе предприятиях. Градостроители занимаются созданием единой информационной базы и учитывают в своих разработках сложившуюся в городе структуру проектных организаций, основу которой составляют небольшие частные архитектурные бюро. Господин Анисифоров с грустью говорил о недоступной для города набережной Оби, которую очень хотелось бы открыть для людей, часть ее реконструирована, но часть занята промышленностью.

Владимир Дыха из «Новосибгражданпроекта», иллюстрируя концепцию генплана Бердска, демонстрировал множество схем. Акцентируя внимание на положении города между рекой и водохранилищем, он так и не объяснил, почему от Обского моря поселение отделяет зеленая зона с вкраплением промышленности в жилые районы, а от Бердского залива – железная дорога, проектируемая магистраль и частные домовладения. Северная часть Бердска граничит с Новосибирском. Граница между городами прошла не по реке, а прямо по одному из поселков, и к 100-тысячному городу относится курортная зона Речкуновки и Сосновки. Как и Новосибирск, Бердск имеет территориальные анклавы, отделенные природными барьерами. Оба города не «вышли» к реке (в отличие от анклавов), их концепции не направлены на взаимодействие с акваторией и на рациональное использование территории.

Генеральный план наукограда Кольцово был представлен главным архитектором проектов того же института Антоном Гонтаревым. В его докладе (единственный раз на форуме) прозвучало словосочетание «миссия города». Кольцово имеет четкую концепцию развития и, в наследие от советского прошлого, «красивый» генеральный план, первая очередь которого реализована. Земельные резервы развития поселка частично потеряны в результате перераспределения и важный в градостроительном отношении участок оказался занятым индивидуальной застройкой. Странно, что в проекте второй очереди заложено строительство «нового центра»: очевидно, что поселок развился, но ведь можно реструктурировать и уплотнить существующие объекты? Концепцией предусмотрено создание крупного ландшафтного объекта – каскада прудов. Упомянем и о преемственности генплана – он учитывает многие положения из проекта 1970-х годов, выполненного под руководством Александра Бондаренко.

Не случилось узнать о будущем Омска, докладчик не приехал. Выступил от омичей Михаил Парфенов, он говорил эмоционально, читая набросанные за три прошедших часа форума записи. Говорил о проблемах цеха и профессии, о своих ожиданиях от форума. Огласим кратко его тезисы: необходимы проекты-эталоны; общественные слушания по поводу градостроительных проектов являются лишь игрой в демократию, некорректной по отношению к градостроителям (докладчик сравнил их с обсуждением дилетантами решений консилиума врачей); генплан должен быть прогностичным, а графика подачи ручной (покольку лишь таковая является осмысленной); необходимо готовить кадры градостроителей и смежных специалистов; ценообразование в градостроительном проектировании не соответствует затратам на проектирование; эта сфера деятельности нуждается в государственных дотациях.

Завершило первую часть форума представление Евгением Тоскиным градостроительного обоснования развития территории Кемерова. Партнерство инженеров и архитекторов позволило создать продукт нового типа – юридически правильный, сочетающий в себе как элементы градостроительной документации, так и массивную базу знаний о поселении. Роль архитектора в такой работе серьезно меняется.

Во второй части форума были выступления, посвященные различным тематикам – кадастру, градостроительному кодексу, проблемам градостроения и западному опыту, альтернативным базам для развития поселений и анализу существующего их состояния. Расскажем о части выступлений.

Леонид Бандорин, заместитель директора направления Института экономики города рассказал о новациях в градостроительном кодексе и ряде готовящихся законодательных актов. Слушатели были заверены в надежности информации и извещены о том, что в самое кратчайшее время будут отменены согласования и сокращено до одной количество экспертных структур (принцип одного окна). Директор «Института градостроительного планирования» Виктор Тимонов вел речь о ценности кадастра, роль которого как инструмента планирования уже закреплена законодательно. Вместо отсутствующего Михаила Калужского слово взял Александр Ложкин. Намекнув на одну из концепций генпланов, он говорил о различных моделях развития городов, о необходимости диалога с инвесторами и девелоперами, о трансформации градостроительства как такового. Эмоционально его выступление соответствовало заряду г-на Парфенова. Художник Сергей Мосиенко озвучил альтернативную концепцию культурной столицы континента, которая могла бы стать стратегией для Новосибирска или любого другого близлежащего поселения (в радиусе нескольких сот километров – все зависит от погрешности циркуля, которым очерчивать Евразию)2. Альберт Каримов, академик архитектуры и экс-чиновник, повествовал о западном опыте. Все деятели, цитаты которых он приводил, убеждены что градостроительство – важнейшее из искусств и именно оно (или архитектура вообще) спасет человечество. Не менее эмоциональным был монолог Марины Колпаковой, доктора архитектуры и профессора Новосибирской государственной архитектурно-художественной академии (НГАХА), посвященный стратегии развития сибирского градостроительства в нынешнем веке. Доцент НГАХА Александр Клевакин представил программы пространственного развития элементов градостроительной структуры различного уровня. (ссылка на сайт)

Финалом первого дня стал доклад Валерия Ефимова, директора Красноярского исследовательского центра (ссылка на сайт). Основная часть выступления была посвящена «привлекательности города», различным характеристикам, аспектам этого критерия оценки. В докладе приведены статистические данные 2000-2006 гг. по множеству городов Сибири и Дальнего Востока, большая часть из которых относится к «убывающим». Холодный анализ реалий развития сибирских поселений стал отрезвляющим душем после некоторых представленных сверхоптимистичных градостроительных проектов. В своем докладе господин Ефимов резюмировал итоги первого дня форума. По его мнению, наметилось некое противостояние консерваторов, призывающих вернуться к опыту советского проектирования и чуть ли не к кульману (видимо он имел ввиду омичей), и другого полюса – градостроителей, осваивающих новые типы деятельности (имеется ввиду Кемерово). В связи с этим есть две альтернативы: а) восстановление профессионального цеха, б) смена сферы деятельности цеха.

В третий день фестиваля состоялись круглые столы и результирующее заседание форума, архдебаты и ток-шоу.

Три круглых стола начались одновременно. Разницы в обсуждаемых вопросах, на первый взгляд, не было и не ясно, почему их не провели последовательно. На пленарном заседании была составлена резолюция, в которую вошел ряд предложений, высказанных на «круглых столах», некоторые тезисы из докладов и замечания других участников.

На градостроительном форуме выявились общие для многих городов и регионов проблемы: несовершенство информационной базы, отсутствие единого градостроительного инструментария; компромиссность (а иногда и абсурдность) проектных предложений, огромный объем предстоящей в ближайшее время работы по проектированию генеральных планов, правил застройки и регламентов муниципальных образований, счет которых идет на десятки тысяч.

Главной проблемой стало изменение социально-экономических условий, в которых работают градостроители. Лишь спустя 15 лет после капиталистической революции, градостроители встретились и признались в этом. Что делать: воспроизводить модель профессии, существовавшую в советском прошлом, подчиняя ей смежные виды деятельности, или изменять её, расширяя границы ремесла, синтезируя его с другими направлениями (вплоть до политики или девелопмента)?

Прошедшие в Художественном музее архдебаты с последующим ток-шоу, посвященным культурному кластеру, как потенциалу развития города, не были замкнуты на архитектурной аудитории. В них участвовали также художники, философы и исследователи (и горожане!).

Итоги

Внутренние противоречия, похоже, стали особенностью XI фестиваля «Золотая капитель». Это касается, например, подготовленной Музеем архитектуры Сибири экспозиции, посвященной архитектору Андрею Крячкову, в которой сочетались фотографии его зданий и проект памятника зодчему, отвергнутый в свое время властями и вызвавший некоторые протесты со стороны жителей Новосибирска. Это касается и включения в программу фестиваля фотовыставки Юлии Бернуховой «Сибирь уходящая», посвященной умирающим сибирским деревянным городам и одновременного присуждения томичам гран-при за программу выборочной реконструкции районов деревянного зодчества. Это относится и к противопоставлению сибирской архитектуре образчиков среды британской столицы. И к вынесению за рамки конкурса работ номинаций «Архбюро» и «Архмолодежь», (первые были рассредоточены по залам, вторые – спрятаны в подвал), хотя здесь был возможен и уместен диалог.

Выход на новую площадку – в Художественный музей – открывает «Капитель» для общества, но лишь в том случае, если будет поддержка прессы, властей, горожан. Насыщенная программа Градостроительного форума отчасти затмила впечатление от остальных мероприятий фестиваля; трудным делом оказалось подробное ознакомление с экспозицией выставки – из-за концептуальной невнятности размещения работ и полного отсутствия навигации. Результаты смотра-конкурса вполне адекватны экспозиции. Жюри отметило высшими наградами реставрацию, градостроительство, молодежные проекты; профессиональному сообществу и ряду партнеров ближе оказался концептуальный проект Андрея Чернова, не получивший даже официального диплома. То, что лучшим дебютантом признан академик архитектуры Альберт Каримов (а не г-н Чернов, например), обнаруживает чувство юмора у организаторов.

Кураторские награды – новшество этого фестиваля. Собственно, куратор и внес ряд противоречий в довольно ровный десятилетний ход «Капители». Если они разрешатся позитивно, то фестиваль может выйти на новый (и достаточно высокий) уровень.

Мне кажется, на фестивале был проект, тождественный ему самому. Это концепция музея Якова Чернихова, в котором на вертикальную ось нанизано время. Музей, в котором из настоящего (существующий городской мост) можно спуститься вниз (в этнографическую часть, посвященную началу ХХ века) и подняться вверх (в экспозицию современного искусства, в будущее). «Золотая капитель» находится на мосту настоящего – в точке отсчета, от которой можно прийти к формальным смотрам или развиться и вырасти.

Ефим Фрейдин

См. Проект Сибирь 26

2 Тайченачева Т.Ю., Мосиенко С.С. Новосибирск – культурная столица Евразии. // Проект Сибирь 26 – с. 43

Comments are closed.