Дискуссии как городские споры

На правах рукописи

7571093888_f6e1325c78

 

Прошлый год ознаменовался проявлением множества омонимов. Они не новы, но значения как-то особенно стали различаться. Например, возникали очередные диспуты вокруг понятия и содержания градостроительства, урбанистики. И оказывается, что есть одно, которое непонятно для кого, а есть другое, которое для людей, и похоже, между ними пунктирная связь, которая к непосредственному переводу граддокументации в качество среды для жителей либо не ведет по причине иных целей разработчиков и заказчиков, либо ведет, но проекты не способны исполняться. И тот и другой процессы — части градостроительного.

Другим омонимом стали «дискуссии», которые в данной статье включают и публичные слушания и общественные консультации. Со слушаниями все просто — по град.кодексу они существуют, исполняются и проводятся. «Исполняются» случайное ключевое слово — это иногда спектакль труппы заказчиков и разработчиков, которые пытаются продавить проект. Но в том году отчетливыми стали обсуждения в рамках слушаний: проекты пристально рассматриваются в представленном объеме, а организаторы получают массу вопросов, часть из которых прямо заданы к проектам, другие — к самим организаторам (видимо иных случаев соприкосновения слуг и господ по прежнему мало), третьи — вообще про город, жизнь и политику. Важно, что публичные слушания стали превращаться в дискуссии о проектах, вариантах развития. В этом их омонимическое отличие от формулы «доложили и одобрили», принятой в прошлой экономической формации. Хотя такие атавизмы как градсоветы, которые согласуют проекты для дальнейшей проработки с учетом множества высказанных замечаний, существуют, например в Омске. При том, такой совещательный орган обязателен для придания публичности планам администраций и инвесторов и формального общественного обсуждения на самом высоком уровне местного самоуправления (в присутствии главного архитектора, мэра и депутатов).

Однако, вернемся к дискуссиям и омонимам. Синоним для дискуссии — спор. Известно, что рождается в нем, согласно пословице. «Споры» также имеют иное омонимичное значение — это либо «точки роста», либо клетки для размножения, оболочка которых позволяет пережить неблагоприятные условия — например, если городское сообщество вдруг попадет в кастрюлю с кипящей водой. В этом смысле «городские дискуссии» сами по себе выступают микромоделью городского сообщества, его виртуальным общественным пространством, участники которого спорят, высказывают мнения, стратегически мыслят и планируют свои действия, договариваются о взаимном существовании.

Объектом анализа выступают проведенные за год (декабрь 2011- декабрь 2012) циклы мероприятий в форматах общественных консультаций («Время решить»), дискуссий («Хранители»), две сессии международного форума («Moscow urban forum»). Предметом анализа — их структура, действующие лица, затронутые темы и отдельно — неудачи и перспективы.

Стоит поблагодарить нового главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова и депутата Мосгордумы Москвина-Тарханова за дополнительный информационный повод — предложение по отмене публичных слушаний в столице, которое добавляет актуальности этому тексту.

Следует выделить типы «городских дискуссий»: «публичные слушания» проводятся на разных этапах проектирования, в основном, когда проекты уже завершаются и требуется согласование решений; «общественные консультации» (согласно словарю – совет специалистов) — это совещание на предпроектном этапе: проектировщики общаются с заинтересованными лицами, горожанами (как локальными специалистами по ситуациям), собирают предложения, позиции, пожелания, опасения с одной стороны, с другой – эксперты представляют свои позиции по теме мероприятия, таким образом, консультируя городское сообщество.

В рамках летней программы института Стрелка, например, мы проводили именно общественные консультации (цикл «Время решить»), круг заинтересованных лиц не был ограничен, а поднимаемые темы были связаны с городскими проблемами: набережными, промышленным территориями, жилыми районами (в качестве основания классификации была выбрана типология пространств и городских объектов).

Собственно «дискуссия» это формат общения, который предполагает последовательное изложение позиций участников с целью поиска взаимно приемлемого решения, нахождения компромисса, выявления истины. Негласно этого формата мы придерживались при планировании циклов. От «обсуждения» дискуссия отличается отсутствием ограничений на темы (обсуждается обычно что-либо принятое).

Структура

Целью каждого из мероприятий было обсуждение отдельного аспекта городского развития. Выбор темы осуществлялся либо «заказчиком» дискуссии, либо куратором.

Для цикла «Хранители» сквозной темой была защита и методы работы с культурным наследием Москвы; «Время решить» было нацелено на выработку самой модели общественных консультаций на примерах развития разных московских пространств; сессия по «Мастерплану» на Urban Forum позиционировалась как презентация пространственной политики правительства Москвы, на деле была сравнением позиций комплекса градостроительной политики и иных практик — международной, отечественной.

Обычным вопросом, который интересовал меня как куратора (это касается в основном цикла «Время решить»), был метод достижения желаемого состояния (решения той или иной проблемы) с помощью участников дискуссии, формирование дорожной карты в прямом эфире: определялись и долгосрочные стратегии и быстрые шаги, могли быть намечены пилотные проекты и форматы взаимодействия.

Общим в структуре таких дискуссий можно считать наличие разных форматов: презентации, доклада, экспертных позиций, сессии вопросов-ответов, круглого стола.

Композиция типового мероприятия состоит из

  • введения в контекст проблемы;
  • анализа ситуации;
  • представления практического опыта решений проблемы (отечественного и зарубежного);
  • планирования дорожной карты;
  • обсуждения возможных вариантов развития ситуации.

В зависимости от хронометража, состава участников и площадки обсуждения структура конкретной дискуссии трансформируется.

Цикл «Хранители» состоял из двух серий дискуссий — о наследии в городе в целом и реставрации в частности. Хронометраж каждой встречи был ограничен двумя часами. Кураторы цикла Анастасия Смирнова и Никита Токарев предложили двухчастную структуру, в которой присутствовал лекционный и дискуссионный форматы: сначала излагались глобальные позиции экспертов, после чего на локальных примерах обсуждали решения.

Серия «Время решить» включала одно- и двухдневные конференции, каждая из которых также занимала 2-2,5 часа. В каждом мероприятии сочетались лекции, доклады, сессии вопросов-ответов и дискуссии экспертов (в формате круглого стола, экспертной панельной дискуссии). Обязательными были: вводный доклад местного эксперта; презентация различного практического опыта; изложение разносторонних позиций (об этом подробнее в разделе «действующие лица»). Общественная консультация разворачивалась во времени от фиксации прошлого и настоящего, анализа опыта к планированию будущего. Двухдневные конференции позволяли формально обсудить постановку проблемы и перейти «со свежей головой» к поиску решений на следующей встрече (так было на дискуссии о будущем промышленных зон — в первый день презентовали анализ состояния и зарубежный опыт, во второй — российские практики, опыт управления и обсуждали шаги для Москвы).

Композиция сессий Urban Forum — «Мастерплан…» и «Культурное наследие…» различалась и зависела от спикеров. В градостроительной сессии сначала излагалась позиция правительства Москвы и первые шаги по скользкой тропинке мастерпланирования (фактически — половина сессии), после — опыт Австрии и Голландии, комментарии британского и датского урбанистов, российских экспертов. Фактически был выстроен своеобразный диалог между московской стороной и экспертами по мастерпланам — от постановки задачи и наличной документации по городу, к методам и комплексному подходу, и отдельным аспектам. В сессии по наследию была выбрана другая стратегия — в формате панельной дискуссии (общей для форума) были последовательно раскрыты общий подход к экономике наследия, реакция министра московского правительства, иллюстрация практики трансформации сохранения наследия в бизнес-процесс, вопросы включения новой архитектуры в историческую ткань, намечено поле для дальнейших дискуссий — рынка исторической недвижимости и его обеспечения. Таким образом, тема была развернута через множество аспектов в форматах презентаций зарубежных экспертов и реплик российских.

Тематики

Эти циклы проводились на темы, связанные с развитием городов, городской среды. Их можно условно разделить на три группы: мастерплан и развитие отдельных типов городских пространств; сохранение культурного наследия; технологии взаимодействия городского сообщества, проектировщиков, чиновников, экспертов, активистов.

1.1 Сессия «Мастерплан как новая пространственная политика» (Urban Forum)

1.2 Консультации из цикла «Время решить»

2.1 Цикл «Хранители»

2.2 Сессия «Культурное наследие как экономический драйвер» (Urban Forum)

3.1 «Время решить: как проводить общественные консультации», «Как реабилитировать город после катастрофы»

3.2 Дискуссия по политике Мосгорнаследия в историческом центре Москвы («Хранители»). Подробное распределение тематик вы можете видеть в таблице

Для того чтобы раскрыть темы, были сделаны небольшие исследования, в результате которых определялась содержательная структура дискуссии, приглашались спикеры и эксперты, формулировались вопросы для обсуждения. Кратко продемонстрирую на отдельных примерах.

Проблема развития реки и приречных пространств актуальна как для Москвы, так и для многих городов России. Так как у нас было в распоряжении два дня — мы отделили акваторию от берега: оказалось достаточным количество «водных» проектов в Европе и Америке, существует круг пользователей пространства самой Москвы-реки и время от времени обсуждается эксплуатация зеркала воды, маршрутные такси и плавучие отели; с другой стороны одним из тезисов участников семинара по Московской агломерации стало активное использование приречных пространств, которые либо деградируют, либо заняты недействующими промышленными площадками: этот потенциал выявили, но методы трансформации на тот момент еще не предлагались (конкурс ЗИЛа прошел позднее, его результат представлялся на дискуссии по промышленным зонам). В дискуссии освещали не только проектные аспекты, но и социальные (использование, функции, доступность), экологические (проблемы собственно акватории), экономические (развитие флотилий, бизнес на воде, на берегах). Тематика набережных хорошо знакома и слушателям и участникам, а собственно использование акватории — еще не близкий предмет планирования, хотя уже стоит к нему относиться столь же осознанно, как и к подземному пространству.

Подобным способом была раскрыта и тематика развития жилых районов: первый день посвящался существующему состоянию микрорайона как такового и дворам, второй — общественному пространству в них. Подробнее об этой дискуссии я еще упомяну в неудачах/перспективах. В качестве вводного был выбран социальный/гуманитарный аспект: подходы к планированию, локальные медиа и процессы формирования местных сообществ, который позволил сформировать представление о современном российском микрорайоне. Зарубежный опыт был представлен специалистом по работе с местными сообществами, отечественный — одним из лучших в российской практике примером благоустройства дворовой территории. В дискуссии были подняты вопросы взаимодействия жителей, чиновников, подходы к проектированию и управлению территорией микрорайона, ландшафтные аспекты. Во второй день были выделены исторический аспект развития районов (типов застройки) и опыт организации общественного пространства: артпроектами, мастерпланом (Сергей Чобан) и выполнением требований инклюзивного дизайна (зарубежный опыт). Дискуссия про общественные пространства микрорайона, в общем-то, запнулась о то, что такого объекта как бы нет — нет площадей, нет улиц, а есть только дворы.

Таким образом, консультации раскрывали предложенную тематику:

  • в рамках междисциплинарного подхода,
  • в исторической перспективе (прошлое/будущее),
  • с точки зрения морфологии объекта дискуссии (его составляющих, нескольких аспектов).

При этом в качестве примеров использовались российские и зарубежные практики, которые были презентованы либо авторами, либо экспертами в соответствующей сфере, либо модераторами. Введение в дискуссию анализа местной ситуации, дополнительная артикуляция объекта обсуждения позволяла сосредоточить внимание аудитории на профессиональных аспектах.

Действующие лица

Логично перейти к рассмотрению состава участников дискуссий и консультаций. Как минимум, они разделены на аудиторию и докладчиков, которые излагают свои позиции. В форматах консультаций находился момент, когда «все смешивалось» и заинтересованные лица из условной аудитории становились непосредственными участниками обсуждения — достаточно было передать микрофон. Этот момент приходился на формат дискуссии, сессии вопросов-ответов, на паузу между форматами докладов и круглых столов. Это моменты «соучастия», живого нерегламентированного общения. Третьим сектором действующих лиц консультаций является модератор и его команда (соведущий, техники и ассистенты), если таковые есть, назовем их подсобными.

Если аудитория это обычно заинтересованные лица, которые реагируют на анонсы дискуссий и приходят по собственному желанию, то эксперты, как правило, согласованы организаторами мероприятий. Исходя из тематики и ее разворота, можно представить типологию приглашаемых экспертов:

  • практики — авторы проектов, реализуемых стратегий, носители реального опыта
  • исследователи — аналитики, ученые, футурологи, авторы концепций
  • девелопперы — реализующие различные проекты в реальность
  • предприниматели — эксплуатирующие результаты реализации
  • пользователи — жители, арендаторы, владельцы объектов, инфраструктуры
  • чиновники (представители официальных органов власти) — лица, представляющие региональную власть, местное самоуправление, управление районами
  • представители сообществ — профессиональных, по месту жительства, неформальных объединений горожан.

Принцип междисциплинарного подхода означает, что в обсуждение городских проблем включены представители разных областей деятельности и науки — кроме планирования — это администрирование, экология, художественные практики, городские медиа (список не ограничен).

Структура группы экспертов, таким образом, позволяет последовательно обсуждать этапы планирования, проектирования, реализации и эксплуатации объекта дискуссии, а также уделять внимание жизненному циклу объектов: ошибки в эксплуатации использовать в качестве проектных проблем.

Приглашение формальных и неформальных экспертов приводит к полноценному анализу сложившегося положения: во взгляде на ситуацию важны позиции не только проектировщиков или чиновников, бизнеса, но и «обычных жителей», которых могут представлять гражданские активисты, блоггеры (фотографы, сквоттеры, путешественники). Такие неформальные точки зрения представляют и журналисты.

Также важным является присутствие в меру универсального эксперта, ренессансного типа — который способен мыслить комплексно и разворачивать ситуацию в различных направлениях, насыщая обсуждение профессиональными или напротив — совершенно обывательскими историями, при этом демонстрируя вероятные сценарии развития.

Выбор экспертов в некоторой степени определяет сценарий дискуссии, раскрытие ее тем: специалисты могут быть ограничены этикой и дисциплиной, эксперты — исследовательской позицией, чиновники — административным и обывательским опытом, каждый из них может реагировать на определенный сектор проблем. Поэтому при исследовании темы (до дискуссии) важно ставить вопросы, на которые конкретные эксперты будут готовы отвечать — своими позициями, проектами, опытом.

В меру интересным был состав участников дискуссии по развитию промышленных зон. Структура двухдневного мероприятия включала постановку проблем в первой части, поиск решений во второй. Постановка проблем проходила с весьма разных точек зрения: научной — анализировалось развитие промышленности в Москве (исследователь из НИПИ Генплана), административной — представитель правительства излагал свою позицию (министр правительства Москвы), обывательско-туристической — блоггер демонстрировал фотографии по результатам нелегального проникновения на заброшенные заводы и наконец — артистической:  художник объяснял, как появляются арт-кластеры, почему творческим людям легче обжить производства, а потом уступить место для других. После этого была представлена радикальная практика ландшафтной реконструкции шахт Рура (Петер Латц). День завершился комментарием вице-мэра Москвы, который отреагировал на немецкую практику и проецировал ее на местную ситуацию. В обсуждение время от времени включалась аудитория, в том числе — планировщики, владельцы промплощадок. Второй день начинался презентацией российских практик брендинга и средового дизайна (белая металлургия), редевелопмента (лофты) и организации процесса стратегического планирования (ЗИЛ). Зарубежный эксперт (сотрудник компании-оператора программ развития) представлял управленческий подход к портовым районам, в которых сохранена промышленная застройка и в то же время развивается жилье, малый бизнес, торговля и искусство. Дискуссия с участием девелоппера, архитекторов была сосредоточена на первых шагах по раскрытию промплощадок в городскую среду.

Более «пестрым» был состав участников дискуссий по развитию акватории: судовладельцы, владельцы плавучих гостиниц, планировщики, экологи, защитники наследия, операторы флотилии сделали попытку обсудить концепцию работы с рекой.

В обсуждении жилых районов участвовали и депутаты, представитель управы, управляющей компании, архитектор, художник, ландшафтный архитектор, журналисты и специалисты по работе с сообществами.

О велодорожках спорили представители департамента транспорта, активисты, эксперты по транспортным системам, жители, социологи (которые, кстати, настаивали, что проектирование велодорожек это не столько схемы маршрутов, сколько формирование образа жизни), представители сообществ велосипедистов.

Эти конгломераты экспертов позволяют свободно обсуждать тематики, переходя из плоскости планирования пространства (которой обычно увлечены архитекторы) в проецирование на эти элементы города экономических, социальных, экологических, художественных процессов.

Отдельно охарактеризую роль модераторов, кроме координации самой дискуссии, они несут содержательную функцию посредника между возможными оппонентами, развивают определенные направления обсуждений, вовлекают в «работу» аудиторию. Модераторы, которые были выбраны для циклов, выступали в разных позициях: горожанина и такого «городского человека», который одинаково привлекателен для профессионального и обывательского сообщества; погруженного в тематику дискуссии или отдельные аспекты профессионала, человека; близко знакомого с темой и даже носителя опыта. Часто ведущими дискуссии становились журналисты, архитекторы, реже — социологи.

Удачи/Неудачи/Перспективы

Задачами этих серий городских дискуссий была демонстрация практик, проявление экспертного сообщества, столкновение различных точек зрения.

Удачей (в первую очередь благодаря поддержке организатора и заказчика) я считаю презентации таких практиков как Петер Латц (развитие ландшафтных парков на индустриальных площадках в Руре), Кристер Густафсон (автор Halland model, один из немногих сумевших спроектировать и реализовать модель экономического взаимодействия рынка труда, аренды исторической недвижимости и процесса сохранения наследия), Лорд Хейс (ответственный за велосипедные программы в Нью-Йорке).

Важной стала дискуссия по промзонам, в которой был представлен весь спектр лиц, заинтересованных в их развитии. Интересной получилось обсуждение процесса общественных консультаций, при котором были артикулированы формы, практики взаимодействия с городским сообществом и решения конфликтов в градостроительном проектировании (Ирина Постоленко, институт Урбанистики и АНХ, Любовь Цой, ВШЭ).

Довольно серьезной была панельная дискуссия с участием советника главы Мосгорнаследия, ведущего архитектора, градостроителя и координатора градозащитного движения (Цикл «Хранители»). Она выявила существующие противоречия в позициях и в то же время позволила найти пару точек соприкосновения, однако, почти не получивших развития: одним пунктом была организация общественного совета, в котором в равной степени участвовали бы эксперты, общественные организации и чиновники; другим — совместные пилотные проекты по реабилитации исторических кварталов.

Среди явных неудач, которые сопровождали все дискуссии можно считать подготовительную работу: недостаточно внимания уделялось анонсам и фазе, следующей за мероприятием. Материалы дискуссий большей частью не опубликованы, а эксперты не были востребованы прессой (в частности — иностранные). PR-сопровождение таких мероприятий важно, так как обсуждаемые вопросы и представляемые практики становятся элементом информационного пространства, которое окружает развитие современных российских городов. В этом плане намного лучше работают «Городские проекты» или «Партизанинг», которые подробно готовят события, описывают контекст обсуждаемых проблем, «ИРП» обеспечивает выпуск информационных материалов до своих мероприятий и после.

Наиболее тяжелым по содержанию оказалось обсуждение общественного пространства микрорайонов: из-за применяемой типологии застройки жители и эксперты не чувствуют разницы между двором (полуприватным пространством) и «улицей», которая в микрорайонах представлена пространствами «за домом».

Проблематичной является реакция законопослушных горожан на действия региональной и муниципальной власти, которые законы или нарушают, или игнорируют в той или иной степени. В этой связи неоднократно появляется вопрос о реалистичности «прямой демократии».

Среди перспектив городских дискуссий отмечу несколько вариантов их развития и применения. Необходимо развивать процесс подготовки: дискуссия сопровождается анонсом и необходимыми информационными материалами до ее проведения, которые позволяют участникам иметь сравнительно общие понятия о предмете обсуждения. Желательно, чтобы представленные экспертные позиции впоследствии публиковались в различных медиаформатах, были доступны для широкой публики. Это касается позиций официальных лиц и ведущих специалистов, практиков, исследователей.

Общественные консультации, которые проводятся в предложенном формате, могут быть организованы не только независимой площадкой, службой заказчика какого-либо проекта или партизанами, но и жителями микрорайонов, районов и кварталов, которые заинтересованы в поиске вариантов изменения среды обитания.

Среди перспективных тем, почти не охваченных в наших циклах, следует назвать «трущобы» («нахаловки») и их развитие (которое сопоставимо с реабилитацией фавел), проблемы социального и доступного жилья, территорий, подверженных катастрофам различного характера, продолжение дискуссии по общественному пространству жилых районов, жизни районов вообще, возможностям развития многофункциональной застройки. С другой стороны пора избавляться от стереотипов о возможности государственного планирования частной жизни, развития сети «Арбатов», туризма как основного драйвера развития территории, брендирования, возможности планирования развития мегаполисов, эффектов типа Бильбао и других разовых рецептов, — все это тоже может стать частью городских дискуссий.

Заключение

В завершении, вернусь к другому значению «спор». Споры как организм, способный пережить неблагоприятные условия, выжить и воспроизвести форму жизни. Мы как-то забыли про простую городскую среду, и лишь с трудами В.Л.Глазычева, переводами книг Дж.Джейкобс или Яна Гейла, концепциями К.Линча, интервью А.Высоковского — это в профессиональном цехе, а с пьесами Гришковца или текстами Акунина, прогулками поэтов и акциями художников — начинаем ее осознавать, вспоминать. Кто-то через разговоры на кухнях, во дворах, в кафе, а потом и на форумах, конференциях и семинарах; через статьи в «урбанистических» медиа, типа Афиши, БГ и The Village — и не терял этого чувства, но испытывал определенный дискомфорт, преодолевая его в кругу друзей, товарищей и соратников по градозащитным, партизанским движениям и группам городских активистов.

«Городская дискуссия» — открытая или кулуарная, большая и публичная или научная, профессиональная — может стать моделью для такой «споры», сохраняющей как минимум трезвое отношение к городскому пространству и критериям успешности его развития.

Приложение. Таблица. Городские дискуссии: тематики, структура, эксперты.

дискуссии

Хранители (2011)

дискуссии2

дискуссии3

Время решить (2012)

дискуссии4

Urban Forum (2012)

Comments are closed.